Горячая картошка от Милорада Павича или Краткая история человечества

В рассказе Брэдбери восьмидесятилетний герой, оставшийся один на Марсе, разговаривает по телефону с собой двадцатилетним: когда все легионеры, кроме него, покинули планету, он от нечего делать записал на пленку тысячи слов и фраз и запрограммировал, чтобы телефон зазвонил через шестьдесят лет и голос из прошлого был готов отреагировать на любую реплику. Человеку необходимо общение, а по мере увеличения скорости передачи информации такая потребность только увеличивается. Это понял Милорад Павич, сербский прозаик и поэт, утверждающий, что современному темпу жизни идеально отвечает так называемая нелинейная проза. Произведения Павича нелинейны и, главное, интерактивны. Это свободный диалог между автором и читателем. Через шестьдесят лет читатель, взявший в руки книгу Павича, будет вынужден не просто следить за ходом мысли человека из прошлого, но вступить с ним (к тому времени уже классиком) в беседу. "Как будто вы бросаете горячую картофелину, и пусть тот, кто ее поймает, сам думает, что с ней делать", - объясняет Павич в интервью, данном Екатерине Садур для журнала "Voyage" (2002, март) и помещенном в конце книги.

Основное содержание - пьесы. "Кровать для троих", "Стеклянная улитка", а также поставленная во МХАТе "Вечность и еще один день". В том же интервью Павич говорит, что современный писатель должен отдавать читателю больше функций, чем это делали классики. Это правило работает у Павича не только в прозе, но и в драме: зрители непосредственно вовлечены в действие спектакля; при этом зрители и читатели для автора не равнозначны. Например, в "Кровати для троих" зрители делятся на две части (мужскую и женскую), и спектакль для одной половины собравшихся начинается позже, чем для другой, в то время как читатель может прочитать все с самого начала. Для читателя воображаемые зрители становятся действующими лицами пьесы.

Однако в пьесах Павича по сравнению с пьесами более или менее "классическими" меняются не только функции зрителей - режиссер (а также сценограф, постановщик музыки и света) рассматривается автором как отдельный от зрителя и читателя адресат. Каждая пьеса начинается с комментариев, продолжающихся и в авторских ремарках, и носят они столь наставительный и не терпящий возражений тон, что порой становится непонятно, где же режиссеру можно проявить самостоятельность. За справками по постановке обряда (нужен по ходу одной из пьес) автор отсылает режиссера к своей же книге "История сербской литературы периода барокко" (с указанием выходных данных и нужных страниц!).

Немолодой человек (74 года), Павич стремится быть в литературе современным. Но достигает он этого не открытым перфомансом (хотя перфоманс, по-моему, ему и не чужд), а вполне изящным обращением к мифологии. Так, в пьесе "Кровать для троих", скромно обозначенной как "краткая история человечества", действующие лица - Адам, Ева, Лилит, демон и ангел, участвующие в "интерактивном показе моделей одежды с пением и стрельбой". Самые распространенные проблемы современности - вплоть до выступлений против ношения шуб из натурального меха - вытекают из темы первородного греха… Кажется, читая пьесы Павича, можно если не выиграть у зрителя, то по крайней мере получить столько же удовольствия. Благодаря усердию автора в продумывании деталей постановки читатель при наличии хоть сколько-нибудь развитого воображения сможет поставить целый спектакль у себя в голове, оторваться от "просмотра" коего будет нелегко.

Источник: http://exlibris.ng.ru/

Тем временем:

...

     19. По этой причине тебе было поручено придти ко мне в Начале; ибо если тобою сделан один лишь шаг на этом Пути, ты должен неизбежно достичь его конца.
     20. Сей Путь по ту сторону Жизни и Смерти, он также по ту сторону Любви, но ты об этом не знаешь, так как ты не знаешь Любовь.
     21. И конец этого Пути неведом даже нашей Леди или Зверю, который под ней, ни Деве, ее дочери, ни Хаосу, ее законному Повелителю, но Коронованное Дитя знает? Не известно, будет ли об этом известно. Известно ли.
     22. Поэтому Хадит и Нуит будет Слава в Конце и в Начале, именно в Конце и в Начале.

КНИГА ЦАДДИ

или КРЮЧОК ГЕРМЕСА

0. Во имя Бога ИНИЦИАЦИИ. Амэн.

     1. Я взлетаю и спускаюсь, словно ястреб, широко раскинув изумрудные крылья.
     2. Я устремился вниз к черной земле, и она позеленела от радости Моего прихода.
     3. Дети Земли, возликуйте! Возликуйте безмерно, ибо до вашего спасения рукой подать.
     4. Печали наступил конец, Я намерен утащить вас туда, где несказанная радость.
     5. Я буду вас целовать и приведу вас на свадебный пир, Я устрою ради вас пиршество в обители счастья.

6. Не упрекать, не обращать вас в рабство, не с этим пришел Я к вам.

     7. Обещаю не отвращать вас от ваших сладострастных повадок, от вашей праздности, от ваших причуд.
     8. Но Я привнесу радость в ваше наслаждение, покой в вашу истому, мудрость в ваше безрассудство.
     9. Что бы вы ни делали, все это правильно, если оно доставляет вам удовольствие.
     10. Я выступаю против печали, против утомления, против тех, кто ищет как обратить вас в рабство.
     11. Я наливаю вам вино очищения, делающее вас восторженными на закате и на заре...

Алистер Кроyли (Aleister Crowley)
«Книга Хет или Еловая ограда»